Первая Радуга

Материал из Rainbow-Wiki - радужная википедии
Перейти к: навигация, поиск

Для некоторых Первая Радуга — как возвращение домой.

Наверное, они всегда мечтали найти место, где будут своими; где смогут быть такими, какие они есть, а не какими научились быть. Они и верить не смели, что такое вообще бывает, — пока впервые не услышали о Радуге. И звучало это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Место, где люди на целый месяц собираются на лоне природы, отказавшись от алкоголя и электроники, "улетая" всего лишь от какой-нибудь чашки чая. Место, где нет "главных", потому что люди всех национальностей и возрастов, каждый со своей историей, собрались в импровизированной деревне как одна семья, чтобы вместе готовить пищу, трудиться и радоваться. Общественный строй, существующий один лунный цикл. И оплачивается всё это словно по волшебству. Даваемые по желанию добровольные взносы собирают в волшебную шляпу, с которой каждый раз после еды обходят Круг.

European Rainbow Gatherings

На самом деле, единственное, чего они никак не могут понять, когда с гребня последнего холма, на который они наконец вползли, их взорам открывается идилия из сотен хиппи, музицирующих и танцующих на солнышке — так это то, почему они так долго ничего об этом не знали. Они спускаются к main fire, минуя соседствующие палатки всевозможных размеров и форм, — и отовсюду их приветствуют радостными криками Welcome Home! С самого первого объятия они чувствуют, что наконец-то нашли свою семью, Ту Самую, о которой всегда мечтали, полную света и любви; семью, где все делятся едой и танцуют у костра; где не спрашивают, как ты собираешься жить, а только просят открыть сердце и заботиться о других, как о самом себе; семью, где все только рады, что твой дух свободно парит в Стране-Которой-Нет вместе со всеми остальными детьми, которые отказались взрослеть.

Экстатических новичков можно видеть плачущими от восторга где-нибудь среди поющих мантры, добитыми тем, как голоса вокруг взмыли в благостной духовной песне. Иные бросаются срывать с себя одежду, не успев поставить палатку. Им совершенно ясно, что это было лучшее в жизни решение — последовать извилистому маршруту по карте, которую они распечатали из электронного письма...

Для других “вход” на Радугу совсем не так прост. Зрелище толпы сияющих счастьем людей, вовсю сливающихся с природой, подавляет и смущает их. У них нарастает чувство изоляции, им начинает казаться, будто им здесь не место; будто они не так круты, не слишком талантливы, не особо красивы, чтобы принадлежать Радуге. Невключённые в происходящее, побаивающиеся этой полнейшей анархии духа, они и не догадываются, что многие из тех, кто резвится сейчас на солнышке, на своих первых Радугах пережили те же сомнения. Их изгнание, однако, заканчивается в тот же миг, когда они находят в себе смелость просто присоединиться; снимая ли наручные часы, подхватывая ли мантру на непонятном языке, они вдруг с удивлением обнаруживают, как это, оказывается, легко — быть частью всего этого.

Труднее всего приходится тем, кто приезжает с ожиданиями. Может, начитался человек в интернетах утопических видений Радуги, и вот — разочарован тем, что видит теперь. А может, тупо зашёл не с той ноги, — и сразу на него накричали за мобильник на Кругу. По каким-то причинам, человек чувствует себя не в своей тарелке — и начинает копить недовольство по любому поводу. Это что тут у всех за сектантский блеск в глазах? Какие ещё песнопения индийским богам — Pink Floyd, что ли, никто не слышал? Несмотря на крики “Welcome Home!”, которыми их встретили, многие чувствуют, что им здесь явно не рады, и жалуются на лицемерие, которое видят: хиппи-клики, осуждение, неуважительное отношение к местным жителям.

И порой не без причины. Любая Радуга настолько хороша, насколько хороши те, кто на неё приехал. Там есть такие, кто осудит тебя за часы, косметику или модную одежду — и не замедлит дать тебе знать об этом. Когда ты потратил несколько дней на дорогу к Радуге, шагая в неизвестность, готовый объять эту новую жизнь, — чтобы на тебя наорали за какую-нибудь ничтожную казалось бы провинность вроде не помытых перед помощью на кухне рук... Это удручающе. Или за то, что в обуви ступил на краешек main fire. Или за звонок домашним, что ты благополучно добрался и тебя пока ещё не принесли в жертву на костре эти ньюэйджевские сумасброды.

Осуждённого и порицаемого, новичка воротит от всех этих песенок про единство, семью и праздник жизни; ему кажется, что всё это сплошная лажа, что Радуга — это что угодно, но только не священнодействие. Больше похоже на закрытый клуб, где разглагольствуют об исцелении планеты, но ничего для этого не делают, — помимо прожигания жизни вдали от общества, в котором эти люди, прежде всего, не были способны функционировать.

Временами Радуга бывает зашоренной, иерархичной и клеймящей тех, кто недостаточно альтернативно выглядит. Активно избирая другой образ жизни, многие хиппи искренне считают себя лучше тех, кто принадлежит мейнстриму. Но Радуга ни в коем случае не замкнутый круг! Иногда может показаться, что у радужных на уме одни только поездки в Индию, рейки да шаманизм, но только объявите семинар по детской психологии или пластическому театру — и в мгновение ока вы будете окружены интересующимися людьми, жаждущими узнать что-то новое.

Возможно, конфликт возникает на почве обычного для многих общин напряжения между олдовыми и новичками; между теми, кто уже всё знает, и теми, кто пока ещё в поиске. Как же надоедает снова и снова повторять: "Не пользуйтесь мылом в реке! Засыпайте за собой говно!" — поддержание радужного духа изо дня в день может стать настоящим испытанием. И порою как раз борьба за то, чтобы сохранить его, проявляет себя в раздражительности и осуждении.

Чудо случается, когда радужный новичок решительно переступает границу между разделяющим они и объединяющим мы. Когда постигает, что любому и каждому человеку есть что добавить, уникальное и особенное, к тому многообразию душ, которое и составляет Радугу. Нередко бывает и так, что чем больше человек “в контрах” с Радугой в самом начале, тем сильнее он в неё влюбляется и ощущает себя её частью впоследствии.

Ты приобщаешься к Радуге тогда и настолько, когда и насколько захочешь сам.

(с) Том Тамб "Там, где Радуга"